• Добавить в соцсети
  • Добавить в избранное
  • Добавить в сообщество

Александр Авломенин

21 Июл, 2016 01:00 (записи)

Циклы стихов

  • Комментарии - 0
  • Понравилось - 0
  • Не понравилось - 0
  • Поднятие вверх - 0

Жук в царстве Снежной Королевы

21 Июл, 2016
(Поднятое со дна Леты)

Она была королевой бала,
а я, прижимаясь лицом к стеклу,
смотрел на неё. А метель завывала,
мела и несла снеговую пургу.
Она завертела весь мир этот сложно,
навеки запутала судьбы, пути…
И я постучал по стеклу осторожно,
одними губами промолвил: «Пусти!»
Она замерла, и метель её танца
утихла. Она увидала меня.
- Пусти меня, - вывел я мерзнущим пальцем
неслышимый крик на бумаге стекла.
Забегали люди, захлопали двери,
по снегу разбрызгались крики и свет.
Я внутрь зашёл. Гости все загудели,
заохали, как же я плохо одет…
           ***

Прости, что я плохо танцую,
не зная ни ритма, ни смысла,
зачем-то безумные мысли 
придумываю и смакую.
Я глупо смеялся. Ну что же,
вино проливая на платье.
Но плюнь на кровавые пятна,
невинность напомнивших может.
Не заводи постирушки,
не уходи, потому что
я пьяный, веселый и шустрый,
а у тебя тут подружки.
Подумаешь, плохо танцую!
Плохому танцору мешает
то самое, что ты знаешь,
что так тебя интересует.
Я вижу в глазах твоих искры,
а я за твоё любопытство
отдам без базара всё царство,
где нет ни закона, ни смысла.
         ***

Дело не в королеве и не в её власти,
но королева прекрасна,
так же как я несчастен.
И чёрт бы драл её царство,
строгое словно платье.
Лучше она была бы нищенкой или дрянью.
Задуло все свечи ветром, сказками про драконов.
Что королева ищет
там, в темноте заоконной.
Золото, шелк и траур
тысячелетней патины,
а у моей королевы снова глаза заплаканны.
Я бы из слёз королевы жемчужные бусы сделал,   
чтобы они блестели
и пахли её телом.
Я бы их нёс не на шее,
а где-то в кармане куртки,
чтобы в портовом борделе их подарить проститутке.
                ***

Напомните лунную песню,
Может быть даже споёте
про неторопливые страны,
где птицы застыли в полёте.
Я брошу курить папиросу,
я сяду в красивую позу,
я буду, вас слушая, плакать
хотя вы, конечно же, врёте.
Вы врёте, а я в электричке,
сжимая стрелы наконечник
под сердцем, как ксиву и бабки,
несусь в раскаленные дебри.
Туда, где чумные собаки
глазами впиваются в свечи,
где женщины рано стареют
и плачут чумазые дети.
         ***

Трамп та-ра-ра там
Музыка бьёт в грудь
Просит найти слова
И не даёт уснуть

Строки корявых слов
Из-под руки ползут
Но среди них «любовь»
Вывести не могу

Я не хочу есть
Я не хочу спать
Что я ищу здесь
Что можно так искать

Я не умею играть
И пальцы о струны в кровь
Хочется заорать
Но я не знаю слов

Это не даст всю ночь
Даже на час уснуть
Хочется гнать прочь
Мне из окна Луну

Это она мне
Светом своим всё
Спутала в голове
Чёрт бы подрал её

Я не могу спеть
Боги, прошу вас
Дайте мне не хотеть
Чувствовать этот джаз…
       ***

Перевёрнутым кристаллом отражённая реальность
исказилась. От сомнений и ухмылки не осталось.
Между звёзд прошла дорога. К ней, уверенный, как пуля,
я метнулся и помчался, рассуждения минуя.
Так раскрылась тайна ночи, пустоты зодиакальной.
Словно крылья за спиною жажда радости скандальной.
Под ногами только звёзды, впереди любовь и смысл.
Звёздный ветер перепутал в голове моей все мысли.
Наконец-то нету цели - только путь без оправданий
сообразности и смысла всех затраченных стараний.
Где вы боги, я не слышу возмущённых ваших криков
из ничтожности великой и ничтожности великих.
От привычных поучений относительных понятий
чтобы взять и оторваться нужно просто стать крылатым.
                   ***

В кабале визуальных сомнений,
разгоняя туманные сущности,
опираясь не твердо на зрение,
отдаёмся капризному случаю.
Натолкнуться на что-то реальное,
раствориться в зеркальной фантазии,
воплотиться во что-то хрустальное
и пройти сквозь закон сообразности.
И очнуться на твердой материи,
потрепавшись в астральных скитаниях,
и с тоской глядя на созвездия,
попросить о повторном свидании.
            ***

Мы геометрия магического куба
и нашей фармацевтики изыски
суть форма бытия такого чуда
как эйфория спутанности мыслей.

И мы выводим жадно теоремы
деления куба на всех без драки,
опровергая формулы системы
своим стремлением вырваться из мрака.

На этих аксиомах в жизни нашей
мы строим доказательства причины
того, что брошен нами дерзкий вызов
и неделимые мы делим величины.

Мы против совершенства пустоты…
В основе бунта - недовольство миром
в котором мы пытаемся найти
реальный шанс глобального прорыва.

Но геометрия объёма жидких тел
сокрыта формой пустоты как тайна средства
почувствовать в конце пути предел
который край простому совершенству.

За гранью - запредельные миры
где нет законов формы и движения
нет смысла в фразе «степень правоты»
и нет того, в чём могут быть сомнения.
              ***

Я чувствую, как рыба боковую линию,
я чувствую что-то похожее на сумасшествие,
на параноидальную шизофрению.
Или на предчувствие какого-то происшествия.
Очень важного, но и смертельно опасного.
Случая, меняющего представления о реальности.
Или всё к чёрту, или все будут счастливы,
но не суд божий, а какой-то особый вид случайности.
Простая банальность типа лотерейного билета,
или война - сюрреализм прогрессивного человечества.
Сердце бьётся, я чувствую это.
А мимо проходят тени уверенных и широкоплечих.
И они во всём, что скажут, уверены.
И это самое страшное в их неотступном шествии.
Я смотрю на них и думаю растеряно,
а вдруг они объявят о втором пришествии.
Да ещё громко, торжественно и официально
в центральных газетах, чёрным по белому, в передовице.
И затянут «Отче наш» в исступлении суицидальном,
да заставят прикладами всех исповедаться и причаститься.
Я чувствую что-то похожее на рак мозга,
или как женщина чувствует беременность,
или как чувствует ребенок подступающие слёзы,
когда внутри остаётся только страх и растерянность,
когда остаётся лишь страх и растерянность…
            ***

Я пытался проникнуть в истину зороастрийских эстетов,
останавливал мозг в тумане даосского знания,
рассеянно листал пожелтевшие книги всех заветов
и слушал сумасшедшего, как гуру непонимания.
Я несколько раз умирал от каких-то странных болезней,
пил водку с людьми в наколках и шрамах,
напивался, скандалил, метил руки лезвием,
и при этом думал о значении слова «карма».
Я любил разных женщин с холодным огнём в глазах,
каждый раз удивляясь их непременной глупости,
добивался любви их, понимал, что свобода для них не важна,
уходил молча, не связанный никакими узами.
И пока я не стал ни монахом, ни бродягой, ни мужем,
ни запойным бездельником и не расстался с вами,
я уверен, что в этом мире я ещё нужен,
и путь, длиной в тысячу ли, начинается у меня под ногами.

      Москва - 1998
  • Рейтинг за сьогодні - 0
  • Рейтинг за тиждень - 0
  • Рейтинг за місяць - 0
  • Рейтинг за рік - 0
Добавить стишок